Его художественный талант современники сравнивали с гением Челлини. Его организаторский дар вызывал изумление не меньшее, чем размах деятельности знаменитого антрепренера "Парижских сезонов" Дягилева. За конструкторские находки и техническую виртуозность величали "Левшой Петербурга", а за неподражаемый стиль - "певцом изящных грез". Сам же Карл Фаберже именовал себя достаточно скромно и с достоинством - "Поставщик Высочайшего двора", хотя кроме российских императоров его постоянными заказчиками были все монархи и знатные семейства Европы. И даже король Сиама, чья коллекция ювелирных украшений считалась богатейшей в мире, однажды увидев изделия фирмы "Фаберже", стал ее "пожизненным" клиентом и восторженным почитателем.
Прошло 80 лет со дня смерти великого ювелира-художника, но интерес к его творчеству не только не угасает, но, похоже, перерастает в настоящий бум. Может быть, потому, что с закрытием фирмы многие произведения осели в частных коллекциях и недоступны широкой публике, а может быть, потому, что остались неразгаданными некоторые секреты мастерства мэтра, но ни один ювелир за всю историю не удостаивался такого количества написанной о нем литературы, такого беспредельного восхищения, как несравненный Фаберже.

История успеха

Основателем фирмы был отец Карла - Густав Фаберже, открывший в 1842 году на Большой Морской в Петербурге маленькую ювелирную мастерскую. Все надежды на процветание Густав возлагает на своего старшего сына Карла, в котором рано обнаружились художественные способности. Связав себя долговременными обязательствами, отец отправляет юношу учиться в знаменитые ювелирные мастерские Флоренции, Парижа и Саксонии. Расчет оказался верным: восприимчивый от природы Карл не только быстро постигает основы мастерства, но и точно улавливает новые веяния в искусстве конца Х1Х века. Пока ведущие ювелиры Европы отдавали дань вкусам и стилям прошлых эпох - торжественному ренессансу, затейливому рококо и несколько тяжеловесному ампиру, Фаберже начинает смело экспериментировать в новой художественной системе - модерне, с его характерными изогнутыми линиями, бледно-пастельными тонами и тягой к техническим новшествам.

Фаберже-младший неутомимо изучает все известные в ювелирном деле приемы, посещает музеи и библиотеки, не пропускает ни одной художественной выставки и повсюду знакомится с молодыми дарованиями. Его отличало редкое умение находить таланты, убеждать их в переезде в далекий и таинственный Петербург, а потом создавать условия, при которых они могли вполне раскрыться. Когда в 1870 году Фаберже становится во главе отцовской фирмы, ее штат уже насчитывает сто человек (позднее он вырастает до 500). Под своим началом он объединил мастерские крупнейших ювелиров своего времени, таких, как М. Перхин, А. Хольмстрем, Э. Коллин, а также более молодых одаренных художников, камнерезов, огранщиков, конструкторов, эмальеров (многие из них происходили из Финляндии и Швеции). В период сотрудничества с фирмой эти мастера активно выставляли свои работы на различных международных выставках, получали призы, их известность росла столь же стремительно, как и слава патрона. Однако главным источником идей и окончательным судьей воплощенных замыслов всегда и при любых условиях оставался Фаберже.

Стиль - как хрусталь: от чистоты его зависит блеск.
В. Гюго

Из небольшой ювелирной мастерской фирма "Фаберже" быстро превращается в крупнейшее предприятие Петербурга с несколькими филиалами (в Москве с 1887 года, Одессе (1890), Лондоне (1903) и Киеве (1905).

Первый блистательный успех пришел в 1882 году, когда на Всероссийской художественно-промышленной выставке в Москве продукция фирмы получает золотую медаль. Через год Фаберже получает заказы двора и вскоре начинает именоваться "Поставщиком Высочайшего двора" с правом иметь на вывеске изображение Государственного герба.

В 1885 году на Нюрнбергской выставке изящных искусств золотой медали удостаивается один из ведущих мастеров фирмы Эрик Коллин. На Всемирной выставке в Париже в 1900 году Карл Фаберже завоевывает "Grand Prix", а французское правительство награждает его орденом Почетного Легиона. Даже Парижская гильдия мастеров золотого дела, структура весьма замкнутая и неохотно признающая заслуги иностранцев, на этот раз не устояла и присвоила ювелиру суперпрестижное звание мэтра.

Слава фирмы стремительно росла. Его заказчиками становятся дворы Европы (в первую очередь Англия), восточные монархи, крупные промышленники, финансисты и другие знаменитости (в России, кроме царской фамилии, наиболее солидными клиентами Фаберже были семейства князей Юсуповых и Тенишевых, а также миллионер-золотопромышленник Келч). Ассортимент производимых изделий был широк до чрезвычайности: кроме ювелирных украшений изготавливали часы, табакерки, портсигары, сувениры, сервизы, столовое серебро, шкатулки и миниатюрные скульптурные игрушки. Все, что выходило с клеймом фирмы, будь то предметы массовой продажи для небогатых клиентов или драгоценные безделушки для знати, - все отличалось высочайшим профессиональным мастерством, поразительной фантазией и неповторимым почерком, что позволило сформироваться даже особому понятию "стиль Фаберже", когда говорили о предметах очень изящных и оригинальных.

Сквозь магический кристалл

Одна из особенностей творческого гения Фаберже заключалась в том, что драгоценный камень в его руках никогда не становился самоцелью. "Понятно, - говорил мэтр, - если сравнить с моим делом такие фирмы, как Тиффани, Кортье или Бушерон, то у них, вероятно, найдется драгоценностей больше, чем у меня. У них можно найти готовое колье в 1 500 000 рублей. Но ведь это - торговцы, а не ювелиры-художники. Меня мало интересует дорогая вещь, если ее цена только в том, что посажено много бриллиантов и жемчугов". Успех фирмы был основан на превращении ювелирного изделия в предмет искусства.

Личной же заслугой фирмы Фаберже стало широкое использование в практике отечественных поделочных камней, которые прежде считались "неювелирными". Уральские, алтайские и забайкальские самоцветы он смело сочетает с драгоценными металлами и камнями. Ломая все традиции и каноны, мастер включает в некоторые украшения олово и вороненую сталь, а прямоугольные броши из карельской березы, оправленные в бриллианты, с его легкой руки тут же входят в моду в светских кругах.

Мастера фирмы не только возродили забытую с эпохи Возрождения технику "кватра колор", т.е. применение в декоре золота красного, желтого, зеленого и белого цветов, но и стали использовать новые оттенки этого металла - оранжевый, серый, голубой и другие. Подобный прием позволял достигать сложнейшей цветовой гаммы без привлечения каких-либо отделочных материалов.

Количество и качество бриллиантов в изделиях фирмы Фаберже всегда подчинялось художественному замыслу: они монтировались на поверхности предмета в зависимости от едва заметных оттенков. Например, камнями "чистой воды" набирался центр композиции, а по краям декор дополнялся голубоватыми и бледно-розовыми вставками.

Почувствовав вспыхнувший в обществе интерес к искусству Востока, Фаберже немедленно начинает массовое производство маленьких фигурок людей и животных из поделочных камней в духе японских нэцке (его собственная коллекция нэцке была довольно богатой и насчитывала более 500 подлинников). Особый интерес к подобным миниатюрам проявила английская королева, заказавшая мастеру 170 статуэток (безусловным шедевром в этой коллекции считается сова из серого жада и бриллиантовыми глазами и золотыми лапками).

Еще одной отличительной чертой изделий фирмы Фаберже являлась их конструктивность, которая выражалась не столько в архитектонике, сколько в поиске всегда принципиально новых, оригинальных конструкторских решений. Например, обычный звонок превращался в маленькую нефритовую черепашку с качающейся головой-кнопкой; на часах стрелка оставалась неподвижной, а вращался только циферблат; табакерки содержали внутри и портсигар и зажигалку.

Когда мэтр ставил перед сотрудниками сложную задачу, времени не жалели: его с лихвой окупал полученный результат. Так, например, мастер Дорофеев три года работал над механизмом, чтобы "научить" павлина, спрятанного в пасхальном яйце, раскрывать хвост и двигать головой. Почти столько же времени ушло на создание яйца "Сосновая шишка" (по заказу Келча), где внутри находился заводной серебряный слон, умевший ходить, издавать трубные звуки и покачивать хоботом.

Эмаль! Как много в этом слове!..

Однако самым мощным средством выразительности изделий фирмы Фаберже, ее визитной карточкой была техника эмали "гильоше". С секретами этого старинного искусства Фаберже познакомился в Париже и оттуда же привез специальные приспособления для гравирования узора на металле, который потом покрывался несколькими слоями полупрозрачной эмали.

Известно, что мастера фирмы могли применять в своей работе свыше 500 различных оттенков. Чего не знало эмальерское дело ни до этого времени, ни после (сегодня, к слову, самые известные итальянские и французские фирмы имеют эмалевую палитру, не превышающую 60 цветов). Многолетняя приверженность этому технологически сложному приему не является случайностью или прихотью мэтра. Все усилия окупались фантастическим эффектом свечения предмета "изнутри". Даже самый простой, сетчатый или чешуйчатый рисунок под несколькими искусно подобранными слоями эмали переливается, как муаровый шелк. Создается впечатление, будто множество искр мерцает внутри изделия, а не отражается на его поверхности.

Всегда следуя моде, а порой предвосхищая ее малейшие изменения, Фаберже в течение длительного времени был ее законодателем не только у себя на родине, но и в Европе.

Марвин Росс приводит в своей книге, посвященной творчеству ювелира, один любопытный факт. Однажды Фаберже присутствовал на ужине, устроенном польской баронессой Матильдой Кшесинской в честь известных балерин Преображенской, Карсавиной и Анны Павловой. Каждый из гостей на память о вечере бросал в специальное серебряное блюдо различные монеты. Уходя, Фаберже попросил хозяйку дать ему блюдо с содержимым на одну ночь, а утром ей принесли от мастера великолепное "заливное": под слоем розово-жемчужной эмали. После этого события блюда в технике "гильоше" с вплавленными предметами, фотографиями, цветами, бабочками и локонами волос стали необычайно популярными в домах европейской знати. Однако, как ни пытались некоторые владельцы ювелирных мастерских Петербурга и Москвы внедрить у себя эту технику, их изделия рядом с клеймом "ФАБЕРЖЕ" всегда выглядели тусклыми подражаниями. Фаберже не знал себе равных.

Пасхальные яйца

Вершиной же деятельности фирмы по праву считаются пасхальные яйца-сюрпризы, выполненные из драгоценных металлов и камней. Самых придирчивых знатоков и ценителей искусства они же не перестают изумлять своими художественными и техническими совершенствами. Поистине трудно вообразить, как прикреплялось и при нагреве удерживалось на обтекаемой форме яйца пастообразная эмалевая масса: ведь на ее поверхности нет ни единого заплыва, мельчайшего пузырька или трещинки!

С 1885 года заказчиками пасхальных яиц становятся император Александр III, а позже Николай II, который в течение 20 лет ежегодно преподносил к празднику своей супруге, Александре Федоровне, яйцо с сюрпризом. Тематика изделий определялась памятными событиями в жизни государства и царской семьи. Это открытие Транссибирской магистрали - яйцо "Транссибирский поезд" (1900), яйцо с памятником Петру I (1903), "Наполеоновское" - к 100-летию разгрома французских войск, "300-летие дома Романовых" (1913) - с восемнадцатью миниатюрными портретами представителей царской семьи и другие:

Фаберже никогда не дублировал изделий, каждое яйцо являлось уникальным, попыткой превзойти предыдущее по изобретательности и элегантности. Как писал близкий друг и поклонник Карла Фаберже, глава "мирискуссников" А. Бенуа, в этих творениях "прорвались все преграды между прошлым и будущим, между мифом и реальностью". И действительно, в этот прорыв как будто хлынула вся мировая культура, все краски собранные художником с разных палитр. В яйце "Транссибирский поезд" ощутимы древнерусские мотивы, в "Яхте "Штандарт" - влияние ренессанса, в "Памяти Азова" - угадывается легкая прихотливость стиля рококо, для яйца "Наполеоновское" характерна эмблематика ампира, а "Ландыши" и "Клевер" стали хрестоматийными образами стиля модерн.

Неизвестно точное число изготовленных фирмой пасхальных яиц. Но из предполагаемых 52-54 только десять сохранились в музеях Московского Кремля, остальные же были проданы в 30-е годы советским правительством за рубеж (покупателями были американский промышленник Арманд Хаммер, жена американского посла в России Лилиан Томас Претт и многие другие "друзья" советского народа.) Когда правительство прекратило распродажу изделий Фаберже, цены на них фантастически поднялись (например, на одном из недавних аукционов Сотбис пасхальное яйцо с личным клеймом мастера было продано за $3,5 млн). Известно, что 11 яиц находится в частной коллекции известного финансиста Форбса в Нью-Йорке, 16 - в других американских коллекциях, 8 - в частных коллекциях Европы. Глубокой тайной окутана судьба последнего яйца, изготовленного к Пасхе 1917 г., накануне ареста императорской семьи. Говорят, что яйцо было сделано из карельской березы и ляпис-лазури и отличалось изумительной красотой, а вот кто стал его дальнейшим владельцем - до сих пор остается загадкой.

Эпилог

"Дом Фаберже" был закрыт в ноябре 1918 года. Чудом и только при помощи британского правительства владельцу удалось эмигрировать за границу - сначала в Германию, а потом в Швейцарию. Но поднимать все заново уже не было сил, да и средств не хватало, и в 1920 году Карл Фаберже умирает вдали от родины и своих творений. Вместе с его смертью заканчивается и блестящая эра "Фаберже": И нельзя не согласиться с мыслью известного английского исследователя творчества Фаберже Кинесса Споумана о том, что самые одаренные современные мастера тратят свои способности и талант на решение вопроса, как произвести быстрее, больше и дешевле. Человек нашего времени испытывает ностальгическое чувство утраты вдохновенного искусства, высокого совершенства и отточенного мастерства. Эти качества мы и находим в лучших работах прославленной фирмы, этим можно объяснить и феномен магического воздействия самого имени Фаберже.